Артём Антонов

кинорежиссёр


АРТЁМ АНТОНОВ  /  интервью, критика, анонсы  /  ПОЛУМГЛА. критика

Скандал вокруг фильма «Полумгла» начался ещё на стадии подготовки к съёмкам – с письма авторов сценария в Федеральное Агентство по культуре и кинематографии с жалобами на режиссёра…

ВОКРУГ «ПОЛУМГЛЫ»

Подборка СМИ

Письмо авторов сценария в Федеральное агентство по культуре и кинематографии РФ.

Заместителю руководителя федерального Агентства по культуре и кинематографии Тов. ГОЛУТВЕ А. А.

Уважаемый Александр Алексеевич!

Знакомство с режиссерской разработкой нашего сценария «И снегом землю замело» (Студия Никола-фильм, продюсер И. Каленов, режиссер-дебютант А.Антонов) привело нас к решительному выводу о том, что данная работа не соответствует ни идейному, ни нравственному посылу нашего сценария, получившего Первую премию на Всероссийском конкурсе (где Вы были Председателем жюри). Мы полагали, что благодаря этому наш сценарий как бы гарантирован от грубого и ничем не оправданного бесцеремонного вторжения.

Режиссер Антонов «руку приложил» явно в направлении пресловутой чернухи, рисующей русских людей убогими, серенькими и даже преступно кровавыми, жестокими. Таких сцен в режиссерской разработке много. Отметим лишь финал сценария, явление уже не художественного, а политического ряда: бессмысленный расстрел безоружных пленных немцев, которых мы успели принять и понять, как достаточно близких и достойных людей. Такая концовка, смеем предположить, дает право нынешнему террористу уничтожать русских "гяуров", как нелюдей, не имеющих права на существование. Мысль наивна, но она напрашивается сама собой. Кино - сильное средство воздействия.

Кстати, действие сценария происходит в конце 44-го и начале 45-го годов, когда близился конец войны, когда в Подмосковье уже находилось сформированное Правительство новой Германии - и такой финал напрочь противоречит исторической правде.

Можно, конечно, допустить, что какой-то придурок всё ещё не настрелялся, не наигрался в войну. Но какое это имеет отношение к нашему сценарию?

В режиссерском сценарии исчезли характеры, юмор, композиция стала рыхлой, невнятной. Затушевано все яркое, светлое и подчеркивается темное. Любовь (Феония-Ганс, Петер-Евдокия и др.) выглядит практичным сожительством. Герой войны, в истинном смысле слова Герой, после ряда режиссерских манипуляций, превратился в какую-то странную личность. Он, к примеру, уже в самом начале фильма ранит из пистолета военнопленного. Просто так, без умысла и смысла.

Все положительное в литературном сценарии, что отмечала конкурсная комиссия, попросту уничтожено. Трагикомедия с обнадеживающим, хотя и грустным концом, благодаря упражнениям молодого режиссера стала жестокой кровавой трагедией, где русские выглядят просто ублюдками.

Наши неоднократные попытки встретиться и серьезно поговорить с продюсером Каленовым обо всех надругательствах, совершенных над сценарием, ни к чему не привели. Один лишь раз он уделил нам короткое время. Но, слушая нас, он скучал. А все наши тревоги по поводу сценария ему были не интересны. После этой встречи ничего не последовало. Тишина.

Мы попытались поговорить о судьбе сценария с И. Масленниковым, который представился нам как художественный руководитель постановки. Антонов, как сказал он, его ученик. Но Масленников уже отказался от этой своей роли. А ведь именно он был членом жюри конкурса, он привез сценарий в Санкт-Петербург на студию Никола-фильм, он затем всячески уговаривал нас отдать сценарий своему ученику Антонову, «талантливейшему из молодых». И именно Масленников, даже не ознакомив нас с режиссерским сценарием, наложил на нем свою резолюцию «утвердить». Мы получили сценарий значительно позже. Думаете, кто-нибудь поинтересовался нашим мнением? Ничуть не бывало.

Сейчас Масленников заявил одному из нас, что он занят постановкой своего фильма и к нашей работе не имеет никакого отношения. Впрочем, это даже хорошо, если это правда. Лучше без худрука, чем с таким худруком.

Как-то повлиять на дальнейшую кинематографическую судьбу нашего сценария мы полностью исчерпали. Как жаль, что теперь даже виза авторов, к сожалению, не требуется на режиссерской разработке. Бесспорно, это положение нуждается в корректировке.

Сейчас, насколько мы знаем, студия представит Вам наш литературный сценарий, иными словами, совсем не то, что пойдет в производство. Режиссерский сценарий в исполнении А. Антонова ни по идейным, ни по нравственным качествам не соответствует нашему (литературному) сценарию. Но его Вам постараются не показать.

Просим Вас познакомиться с режиссерским вариантом нашего сценария с тем, чтобы и Вы, как и мы, не стали соучастниками появления на свет злобной антирусской картины. Тем более, что студия с усилиями, достойными лучшего применения, готовится выпустить эту картину к 60-летию Победы.

И последнее. Это уже мнение только одного из авторов - И. Болгарина. Вполне возможно, что только что закончивший курс режиссуры у И. Масленникова А. Антонов когда-нибудь достигнет высот своего мастера. Сейчас же он просто ученик, насмотревшийся зарубежных картин и блуждающий в потемках от Феллини к Кустурице, от Арт-Хауза до Ларса фон Триера. Всё это не нужно нашей картине, но оно уже есть (всякие карнавалы леших, оборотней и Бог знает ещё чего вместе с Гитлером, фашистами). Читать это стыдно. Так же стыдно будет смотреть.

Антонову очень хочется удивлять и потрясать не нашего, а зарубежного зрителя. Хочется международных премий на очередном нашем национальном самоуничижении. Но при чем тут мы? При чем тут наш сценарий, в котором сюжет изложен просто, в котором ясно выражена мысль о человеческой доброте и сострадании, одолевающих рознь и жестокость военных лет?

А Антонов, если он и вправду талантлив, пусть доказывает это на тех сценария, которые ему близки. И кстати, не рано ли ему вероломно внедрятся в соавторы. Режиссерский сценарий мы получили уже с тремя фамилиями: с двумя нашими и с третьей - А. Антонова. Игриво так забросил камешек «Руку приложил Артем Антонов». Авось пройдет? Не слишком ли быстро юноша постигает не самые лучшие нравы кинематографической среды?

И. Болгарин, В. Смирнов

15 ноября 2004 г.


Подведены итоги смотра российского кино в Выборге
23/08/2005 16:00 | Газета.ру | gzt.ru

<...> Зато радует то, что единственным человеком, выходившим на сцену дважды, стал режиссер фильма "Полумгла" Артем Антонов. И пусть награды достались ему не из рук членов жюри, а от президента фестиваля и от кинокритиков, именно его картину стоит считать самым громким открытием "Окна в Европу". Конечно, в истории взаимоотношений жителей глухой северной деревушки и команды немецких военнопленных, пригнанных туда на верную смерть, можно найти немало огрехов, но при этом кино снято с внятным желанием донести до зрителя авторскую идею - качество, которым редко могут похвастаться дебютанты <...>


Надорванное кино

№63, 29 августа 2005 | "Новая газета" | Лариса МАЛЮКОВА

<...> Обидно за дебюты. Особенно самые яркие из них — фильмы Екатерины Шагаловой «Собака Павлова» и «Полумгла» Артема Антонова (призы за дебюты) — впечатление огромного замаха, а шага небольшого, осторожного. И некому руки подать: ни сценариста рядом крепкого, ни редактора отважного. Оттого поступки героев не мотивированы, финалы либо тонут в банальности, либо не оправданы развитием событий. <...> В «Полумгле» пленные немцы строят вышку для маяка где-то в снегах Сибири. Главный герой, контуженный лейтенант, сначала немцев ненавидит (как и местные бабы), потом жалеет (как и местные бабы). В финале немцев расстреливают. И авторы лишают примороженного героя какой бы то ни было реакции. <...>


Окно в Европу

август 2005 | "Нижегородские новости" | Ольга ГОРНОВА

<...> Особенность прошедшего фестиваля - в рекордном количестве дебютных работ. Самым умным и стильным дебютом стала картина Артема Антонова "Полумгла". На мой субъективный взгляд, это еще и лучший фильм о войне за последние годы - даже по сравнению с титулованными "Кукушкой" Рогожкина и "Своими" Месхиева. Приятно порадовало, что, в отличие от многих коллег, режиссер совершенно четко представляет, о чем он снял кино, и отвечает за каждый кадр. Отвечать перед некоторыми дотошными зрителями пришлось, прежде всего, за очень рискованную развязку сюжета. Смею предположить, что если бы финал "Полумглы" был иным, фильм остался бы просто хорошим, но не выдающимся. <...>


Маятник Выборгского счета

"Окно в Европу"-2005

№34 (7493) 1 - 7 сентября 2005г. | газета "Культура" | Оксана ГАВРЮШЕНКО

Такого неровного игрового конкурса Открытый фестиваль российского кино "Окно в Европу" в последние годы, пожалуй, не представлял. <...> В результате отмечены хорошо знакомые всем авторы, мастера старшего поколения, и проигнорирован один из самых интересных дебютов - фильм Артема Антонова "Полумгла", заслуживший лишь приз критики и Президентский приз фестиваля (разделив его с другой дебютной картиной "Собака Павлова" Екатерины Шагаловой). <...> К "Полумгле" дебютанта Артема Антонова остается довольно много вопросов, но эта драма о взаимоотношениях военнопленных немцев и жителей глухой сибирской деревушки Полумгла, где немцы строят вышку для радиомаяка, изложена внятным кинематографическим языком, без попсовости, с четкой авторской позицией, свободной от идеологических штампов. Что касается истории Великой Отечественной и иного взгляда на врага в этой истории, о "праве победителя" в отношениях с врагом, то в последнее время эту тему также разрабатывали картины "Последний поезд" и "Время собирать камни". Режиссер "Полумглы" (его короткометражный "Столичный скорый" в прошлом году был отмечен рядом фестивалей) полагает, что эта история не о войне, а том, что человек способен простить все. Даже то, что не должно подлежать прощению. Трагический финал картины меняет очень многое, и он же вызывает основные претензии противников фильма. <...>


Кино в полумгле

ВИКТОР МАТИЗЕН, «Новые Известия» 22 августа 2005 г.

В Выборге закрылось «Окно в Европу» – единственный кинофестиваль России, фильмы которого оцениваются параллельно тремя категориями судей – зрителями, киножурналистами и членами жюри. В этом году, с какой стороны ни смотри, фестиваль завершился победой «стариков» над «молодыми». Приз жюри получил Николай Досталь («Коля – перекати поле»), приз публики – Станислав Говорухин («Не хлебом единым»). Эти же две ленты в том же порядке заняли первые места в рейтинге фестивальной кинопрессы. Лучшие фильмы молодых режиссеров – «Итальянец» Андрея Кравчука и «Полумгла» Артема Антонова – оказались позади.

<...> «Полумгла» Артема Антонова претендует на большее. Фильму можно предъявить много претензий по части режиссуры и драматургии, но это – единственная картина выборгского конкурса, в которой просматривается перспектива, выводящая зрителя из отработанной области «папиного кино», из гламурной лакировки действительности, из «кино для искусства» и из поискового сумбура. «Полумгла» – название северной деревеньки, куда в 1944 году, когда война еще не кончилась, для постройки радиовышки пригоняют отряд пленных немцев. Население деревни, почти целиком состоящеее из баб, встречает пришельцев буквально в штыки, но жизнь берет свое, и женщины, у которых мужья погибли на фронте или пропали без вести, понемногу сходятся с бывшими врагами. Интонация повествования весьма разнообразна. В ней соседствуют мелодраматические и комические ноты, а кончается все кошмаром. Фильм Антонова вписывается в линию, начатую «Последним поездом» Алексея Германа-сына и «Своими» Дмитрия Месхиева по сценарию Валентина Черных – картинами, в которых заметно стремление с новой точки зрения посмотреть на исторические события.

Интересно, что «Полумгла» (ей достался только приз Гильдии киноведов и кинокритиков России «за наибольшее количество перспективных дебютов») вызвала резкое неприятие соавтора «Своих». Валентин Черных, который был членом жюри игрового конкурса, назвал ее «фальшивой», но в действительности отверг фильм по идеологическим мотивам, поскольку для него неприемлема сама авторская позиция Антонова, выраженная в таком отношении к героям. Между тем «Свои», если бы они появились не в 2004-м, а в 1954-м, были бы обвинены в сочувствии к «предателям родины» и обрушили бы на себя еще больший гнев. <...>


РЕЖИССЕР РЕЗАЛ НАШУ ПРАВДУ
И добавлял много своей лжи
Сценарист Игорь Болгарин — о том, почему он попросил убрать свою фамилию из титров фильма «Полумгла»

№66, 8 сентября 2005 \ «Новая газета»

Кто принимает решения в российском кино: Федеральное агентство, драматург, режиссер, продюсер… или фестивальные отборщики? Полная несостоятельность сценарной основы российских картин — результат новых типовых договоров, разработанных в Гильдии продюсеров и отбирающих у драматургов права на их произведения.
На неустойчивом юридическом фундаменте произрастают кинопроизведения, профессионально и этически неполноценные… Об этом — история лучшего сценария 2004 года («И снегом землю замело…»).

Из письма в редакцию:
«В статье «Надорванное кино» уважаемая мною газета обрушила свой гнев на картину «Полумгла», в авторах которой числюсь и я. Дебютант Артем Антонов и продюсер взяли за основу наш сценарий «И снегом землю замело…» (в соавторстве с Виктором Смирновым), получивший первую премию на Всероссийском конкурсе сценариев 2004 года, проводимом Федеральным агентством по кинематографии.
Но что осталось от сценария на экране? Кто в ответе за чудовищно безнравственное кино, потакающее вкусам фестивальных отборщиков? Наш случай — показательный пример болезненных процессов, разлагающих с трудом встающий на ноги российский кинематограф».

Отшумели светлые дни шестидесятилетия Великой Победы нашего народа над фашизмом. Следующего праздника — семидесятилетия — уже мало кто из ветеранов дождется.
Война Отечественная и вовсе станет в памяти потомков чем-то вроде войны с Наполеоном. (Кивера, ментики, «О бедном гусаре замолвите слово»… Романсы-сантименты.)
Не слишком побаловал ветеранов и наш кинематограф: мало вышло фильмов, появились они запоздало и качества оказались невысокого.
На Выборгском кинофестивале показали и наш фильм — с пылу с жару, даже без разрешительного удостоверения. Называется он теперь «Полумгла». Рассказ о том, как создавалась эта самая «Полумгла», хоть в какой-то степени может ответить на вопрос наших критиков: что случилось со всеми теми, кто когда-то успешно работал в кинематографе?
Едва ли не на следующий день после получения первой премии нас сосватали питерскому ООО «Никола-фильм» — продюсеру Игорю Каленову и молодому Артему Антонову, только что сделавшему дипломный фильм. И 30 марта 2004 года мы подписали договор на производство фильма «И снегом землю замело…» по нашему сценарию.
Спустя несколько месяцев нам представили режиссерский сценарий. К нашим именам «стыдливо» присоседился «соавтор»: «Руку приложил Артем Антонов».
В сценарии мы рассказывали о том, как в последнюю военную зиму группу военнопленных немцев под командованием молоденького, но уже повоевавшего младшего лейтенанта Анохина отправили в Архангельскую область, чтобы построить вышку для проводки прибывающих по ленд-лизу самолетов. О том, как трудно архангельские крестьяне и военнопленные находили общий язык, как поняли друг друга и если и не простили бывших врагов, то, во всяком случае, примирились. Когда пленные покидали деревню, были и печаль, и слезы. Уходили уже не враги — просто люди, так же тоскующие по миру, любви, домашнему теплу. Такая вот бесхитростная история, вполне актуальная в наше ожесточившееся время.
Что же мы прочли в режиссерском сценарии? Некий лейтенант с изуродованной войной психикой сопровождает немецких пленных. Уже в самом начале пути он ранит выстрелом из пистолета одного из пленных только за то, что тот пел.
Не стану пересказывать всех глупостей, которые наворотил в сценарии наш «соавтор». Но во что превратил режиссер финал фильма! Этих работящих, разделивших с местными жителями все трудности военного лихолетья, расстреливают. Просто так. Они больше не нужны. А наши крестьяне спокойно на это смотрят.
Заботясь о своем добром имени, мы обратились в АКК, написав, что режиссер «руку приложил» в направлении пресловутой «чернухи», рисующей наших соотечественников убогими и даже преступно жестокими. Кино — сильное средство воздействия, а фильм построен на тотальной лжи. Ведь действие его происходит в зиму 45-го, когда в Подмосковье уже находилось сформированное демократическое правительство новой Германии. И такой финал противоречит исторической правде.
В режиссерском сценарии старательно затушевывалось все светлое. Любовь превращается в практичное сожительство, герой войны Анохин становится заурядным персонажем. Трагикомедия с обнадеживающим, хотя и печальным финалом оказывается кровавой драмой, после которой зритель выйдет из зала оглушенным, убитым вместе с пленными. Захотелось потрясать любым способом? Международных премий захотелось, заработанных на самоунижении? Но при чем здесь наш сценарий, в котором главной была мысль о сострадании, одолевшем рознь военных лет, в финале которого был проблеск надежды? Мы не хотели затаптывать соотечественников в грязь. Мы поняли, что совместный с режиссером труд превращается в бессмысленное занятие. Режиссер и студия всегда обыграют нас на съемочной площадке, в монтаже, озвучивании и поставят нас перед свершившимся фактом.
Собственно, так и случилось.
После нашего письма Федеральное агентство по кинематографии приостановило субсидирование съемок. Но однажды у меня дома появился продюсер, заявивший, что по здравому размышлению они все осознали и возвращаются к нашему сценарию. В подтверждение сказанного извлек из портфеля «новый» режиссерский сценарий, в котором было сохранено все. Даже наши опечатки. Каленов попросил подписать этот вариант, который он представит руководству кинематографа.
Мы подписали.
Но, как выяснилось впоследствии, это была оперетка, разыгранная для нас со Смирновым и сотрудников Федерального агентства по кинематографии. Сценарий-обманка был представлен с целью открыть финансирование. А съемки продолжались по тексту, к которому «руку приложило» юное дарование. Может, Каленов верил в будущий фильм, а победителей, как известно, не судят?
И все же в глубине души Каленов понимал, что играет нечестно. И не исключал вероятности, что за обман придется расплачиваться. Поэтому, когда съемки были завершены, он попросил подписать подленькое дополнительное соглашение. Он ласково разъяснил, что это пустая формальность — выдержки из типового договора, что фильм уже снят по нашему сценарию. Правда, после того как мы подписали это дополнение, он добавил, что настолько загружен работой, что сам еще материал не смотрел.
И вот в 60-ю годовщину Великой Победы объединение «Никола-фильм» выпускает антироссийскую картину, в которой наши сограждане, выдержавшие все тяготы войны, выглядят жестокими ублюдками. Не сомневаюсь, в ближайшее время «Полумгла» возникнет на каком-то из фестивалей и дебютант будет щедро вознагражден. Ведь сегодня фильмы, в которых сами себя оплевываем, в большой цене. Кстати, недавно «Штерн» опубликовал откровенную статью под заголовком «Русские идут». («Больше помоев!» — вот чего ждут сегодня от России».) Так что «Полумгла» — ликвидный товар.
И не надо, господа критики, кричать, что вновь поднимает голову цензор, что душат свободу слова. Безнравственность разъедает кинематограф изнутри. К сожалению, сценаристы бесправны. Права у них отобраны типовыми договорами, разработанными в недрах Гильдии продюсеров. Все права — у продюсеров. Хорошо, если продюсер умный, с хорошим вкусом. Встречаются и такие. Но в основном среди них — равнодушные бухгалтеры, чья задача «слудить» фильм побыстрее и подешевле.
Году в 50-м на одной из лекций во ВГИКе Довженко сказал нам, студентам: «Научить человека снимать кино очень просто, берусь сделать это за неделю, а вот выучить человека, чтобы он стал режиссером, пяти лет, пожалуй, маловато. Потому что надо воспитать образованного человека, если хотите, философа, который понимает, почему он хочет стать режиссером…».

P.S. В альманахе «Киносценарии» за 2004 год (сдвоенный номер 2—3) можно прочесть наш сценарий «И снегом землю замело…».

Игорь БОЛГАРИН, специально для «Новой».


Российский фильм награжден на кинофестивале в Монреале

Lenta.ru, 26.09.2005, 16:28:53

Фильм "Полумгла" режиссера Артема Антонова получил приз за лучший дебют на кинофестивале The New Montreal Film Fest. Приз "Iris of Tomorrow" (символ фестиваля - радужка глаза, но также это одна из разновидностей диафрагмы у фотокамер) присуждается режиссеру, поставившему свою первую или вторую полнометражную картину, сообщается в пресс-релизе фестиваля.

"Полумгла" - первая полнометражная игровая картина Артема Антонова. Фильм-притча рассказывает об истории строительства пленными немцами радиовышки в глухой архангельской деревушке Полумгла. Дебютной лентой этот фильм также стал для оператора Андрея Воробьева, исполнителя главной роли Юрия Тарасова, художника-постановщика Марии Белозеровой. В решении жюри The New Montreal Film Fest говорится, что приз Iris of Tomorrow присужден режиссеру за такт и умение рассказать о жестокостях войны, не впадая в патетику или очернение.

Российская премьера "Полумглы" состоялась в августе 2005 года на фестивале "Окно в Европу" в Выборге. Тогда же фильм получил награду Гильдии киноведов и кинокритиков России и приз "За дебют".

The New Montreal Film Fest - новый монреальский кинофестиваль, прошедший в 2005 году впервые. В его основной программе соревновались 14 картин. Жюри возглавлял французский кинорежиссер Клод Лелуш. Победителем стала канадская картина "L'Audition" режиссера Люка Пикара, которой достался гран-при фестиваля. Большой приз жюри достался швейцарскому фильму "Josh's Trees" режиссера Петера Энтелля. Лучшим режиссером был назван японец Хироси Исикава.


Россия в «Полумгле»

27 сентября 2005 | "Новые известия" | Виктор МАТИЗЕН

Фильм Артема Антонова «Полумгла», в августе отмеченный в Выборге призом Гильдии киноведов и кинокритиков России, в воскресенье получил приз нового Монреальского кинофестиваля «За лучший дебют». Тем временем в России вокруг «Полумглы» разразился скандал.

Монреальский приз - вторая значимая награда российского кинематографа, полученная в этом году за рубежом (первую завоевал на одной из программ Венецианского фестиваля фильм Алексея Федорченко «Первые на Луне»). Однако еще до того, как заокеанское жюри стало восторгаться российской картиной, один из ее сценаристов Игорь Болгарин (соавтор «Адъютанта его превосходительства») обратился в разные инстанции с письмом, призывающим громы и молнии на головы продюсера и постановщика.

В сценарии рассказывалось о том, как зимой 1944-45 гг. на русском Севере пленные немцы строят радиомаяк для союзнических самолетов и так сходятся с местными вдовами, что по окончании работы бабы с печалью провожают недавних врагов на следующее задание. В финале картины другое – почти построенная вышка, ее строители оказываются никому не нужны, и прибывшие НКВДэшники пускают немцев в расход.

«В 60-ю годовщину Великой Победы студия выпускает антироссийскую картину, в которой наши сограждане, выдержавшие все тяготы войны, выглядят жестокими ублюдками. Не сомневаюсь, в ближайшее время это чудовищно безнравственное кино, потакающее вкусам фестивальных отборщиков, возникнет на каком-то из фестивалей, и дебютант будет щедро вознагражден. Ведь сегодня фильмы, в которых сами себя оплевываем, в большой цене», – пишет сценарист.

«Сценарий – это одно произведение, фильм – другое. Почти все сценарии при переносе на экран в той или иной степени изменяются. Тот финал, который был в сценарии Болгарина и Смирнова, показался нам преувеличенно мягким и малоубедительным. Время было жестокое, и, чтобы напомнить об этом, мы сняли другое окончание», – говорят продюсер и режиссер картины.

Конечно, вряд ли в борьбе со сценаристами последние использовали сугубо джентльменские приемы – интересы сторон в треугольнике продюсер-режиссер-сценарист подчас резко расходятся, а это приводит к локальным войнам.

Сам Болгарин, написавший свое послание в жанре политического доноса (который, кстати, удивительно напоминает полувековой давности слова сценариста Григория Колтунова по адресу общепризнанного ныне фильма Григория Чухрая «Сорок первый»: «Под этой белогвардейской стряпней я не поставлю своего честного имени»), погрешил не только против этики, но и против правды. Фильм показывает жестокими не всех русских людей и даже не всех персонажей, а только сотрудников НКВД, отдававших и выполнявших приказ о расстреле, и тех, кто его равнодушно исполнил.

Нелепо отрицать саму возможность уничтожения военнопленных в Советском Союзе. Такое было – в Катыни расстреляли около 40 тысяч польских офицеров, вообще не воевавших против СССР. Другое дело, что обстоятельства расстрела, как они представлены в «Полумгле», можно было бы сделать более убедительными. А от суждений о фильмах по степени их «российского» или «антироссийского» характера лучше и вовсе воздержаться. То же относится к оценке фестивального успеха – смешно думать, будто кругом одни враги, радующиеся при виде всего, что у нас плохо. Между тем сейчас такая демагогия в ходу – и «Старух» Геннадия Сидорова, и, тем паче, «4» Ильи Хржановского ругали за то, что режиссеры без должного умиления показывают российских персонажей и торгуют на Западе негативными образами своей родины. Хотя патриотически настроенным зрителям стоило бы обратиться к истории кино, чтобы вспомнить, как в таких же грехах обвиняли «Андрея Рублева». И заодно догадаться, что в советское время первоначальный сценарий Болгарина и Смирнова был бы обвинен в том же, в чем они сами обвиняют фильм Антонова, зарублен на корню как а) клеветнический и б) подрывающий советскую мораль.

При этом даже во времена «холодной войны» редко рассуждали по принципу: «Если советский фильм имеет успех на западном фестивале – значит, он антисоветский». Успех отечественной ленты за границей и тогда резонно воспринимался как победа национального искусства и обычно заглушал имевшиеся к ней внутренние идеологические претензии. Будем надеяться, что так случится и сейчас.


Будущее разглядели в "Полумгле"
// Режиссеру Артему Антонову выдали гран-при за лучший дебют

№182 (№3266), 28 сентября 2005 \«КоммерсантЪ» \ Михаил Трофименков

На завершившемся вчера 1-м Новом монреальском кинофестивале гран-при за лучший дебют "Ирис будущего" получил фильм молодого режиссера из Петербурга Артема Антонова "Полумгла".

После каждого крупного международного фестиваля раздаются стенания: нас не берут в конкурс, а если берут, то игнорируют. Между тем награждают, и регулярно, но только молодых дебютантов, очевидно, владеющих интернациональным киноязыком увереннее, чем их старшие коллеги. Начало процессу положил в сентябре 2003 года триумф в Венеции "Возвращения" Андрея Звягинцева, удостоенного сразу двух "Золотых львов". На следующий год там же диплом за дебют получил "Последний поезд" Алексея Германа-младшего, в 2005 году приз за дебют – фильм Алексея Федорченко "Первые на Луне". В январе 2005 года на Роттердамском фестивале один из главных призов достался дебюту Ильи Хржановского "4". Теперь вот победа "Полумглы" на новорожденном и амбициозном Монреальском.

Артем Антонов составил себе профессиональную репутацию еще до полнометражного дебюта. Удалось это благодаря тому, что и фестивали класса А, и национальные продюсеры в последние годы принялись целенаправленно выращивать будущих фаворитов кинопроцесса из числа студентов киновузов. В 2004 году "Столичный скорый", 30-минутную дипломную работу господина Антонова, студента Петербургской академии кино и телевидения, спродюсировала студия "Никола-фильм", она же вместе с телеканалом СТС делала и "Полумглу". Затем фильм проехался по крупнейшим фестивалям, которые обзавелись студенческими конкурсами, включая Каннский, и собрал свыше десяти наград. Впрочем, назвать его просто дипломом язык не поворачивается: зрелая и умная комедия о жизни полустанка, девчонки с которого мечтают и боятся, что пролетающий мимо экспресс когда-нибудь остановится и заберет их с собой.

Ретротрагедия "Полумгла" снималась также вдали от столичного гламура, ошибочно считающегося приметой молодого кино, в Вологодской губернии. Зимой 1944 года лейтенант с искореженной психикой пригоняет туда пленных немцев строить радиомаяк. В деревне Полумгле остались одни бабы: сначала они ненавидят тех, кто, возможно, убил их мужей, затем принимают в свои дома, жалеют, вовлекают в святочный маскарад. Кончается все хуже некуда: ставших ненужными пленных расстреливают. Сюжет, с одной стороны, в русле ленфильмовской традиции показывать войну без войны отраженным, тыловым светом. А с другой стороны, свидетельствует еще об одной тенденции: все больше фильмов (от "Красного неба, черного снега" Валерия Огородникова до "Время собирать камни" Алексея Карелина), где значительную роль играют "хорошие" пленные немцы. То ли действительно пришло время окончательного примирения, то ли сказываются особые отношения России с "другом Герхардом".

Впрочем, "Полумгла" подтвердила еще и тенденцию кризисную, связанную с ситуацией в российском кино в целом. Сценарий, тогда еще называвшийся "И снегом землю замело", написали Игорь Болгарин и Виктор Смирнов. Их имена – в титрах монументов советского кино: "Адъютант его превосходительства", "Обратной дороги нет", "Дума о Ковпаке". В 2004 году он получил первую премию на Всероссийском конкурсе сценариев, проводимом Федеральным агентством по кинематографии (ФАК). Но режиссерский сценарий Артема Антонова так возмутил сценаристов, что по их требованию ФАК даже приостанавливало субсидирование съемок. По словам Игоря Болгарина, "антироссийская картина" "построена на тотальной лжи", в ней "старательно затушевывается все светлое". Фальшивой назвал ее на Выборгском кинофестивале, где фильм получил два приза, и сценарист Валентин Черных. Основные претензии были связаны с финальным расстрелом, хотя в договоре со студией сценаристы дали согласие на изменение и концепции фильма, и его элементов. Пресс-служба "Николы-фильма" так прокомментировала конфликт Ъ: "По замыслу режиссера, финал фильма, который отличается от сценарного, должен был подчеркнуть абсурд войны и передать тоску человека, столкнувшегося с неизбежным". С этим согласилось монреальское жюри дебютов во главе с режиссером из Гонконга Юнь Фанем: "Полумглу" наградили "за такт и умение рассказать о жестокости войны, не впадая в патетику или очернение".

Режиссеры пытаются адаптировать к своему видению мира сценарии переживших эпоху классиков советской кинодраматургии. Просто потому, что те крепкие, хотя и подрастерявшие связь с реальностью, профессионалы, каких больше не делают. А ветераны такой адаптации не терпят. И конфликт, прорвавшийся на съемках "Полумглы", будет только обостряться, пока не появится достаточного количества сценаристов, говорящих с режиссерами на одном языке.


Вторая «Молодость»

#43(233) ноябрь 2005 | «Деловая столица» | Екатерина ВАСИЛЬЕВА

<...> Из представленных фильмов — «Гарпастум», «Солдатский Декамерон», «Заказ», «Космос как предчувствие», «Вокальные параллели», «Первые на Луне», «Полумгла» и «На верхней Масловке» — можно порекомендовать разве что «Гарпастум» и «Полумглу». <...> Что касается фильма «Полумгла», то он, бесспорно, должен стать незаурядным событием в новом российском кинематографе. Лента рассказывает о непростых взаимоотношениях немецких военнопленных и русских женщин, мужья которых воюют на фронте: все они проживают в одной небольшой деревеньке. Главному герою картины, молодому лейтенанту Григорию Анохину, из-за ранения направленному сюда командовать военнопленными, предстоит нелегкая задача: примирить обе, казалось бы, непримиримые стороны. Но для начала Анохину придется самому научиться смотреть на немецких солдат не как на врагов — они тоже пострадали от ненужной войны. Фильм на редкость сильный и убедительный, а дебютная работа Юрия Тарасова, который сыграл молодого лейтенанта Анохина, вполне может обеспечить ему большое творческое будущее. <...>


Петербургский фильм "Полумгла" победил на кинофестивале "Фрески Севера"

21 ноября 2005 | «Фонтанка.ру»

Фильм петербургского режиссера Артема Антонова "Полумгла" получил две главные награды кинофестиваля "Фрески Севера" - гран-при и приз "зрительских симпатий". <...> По словам члена жюри режиссера-документалиста Дмитрия Чернецова, "понравились многие картины, но все единогласно сошлись по поводу "Полумглы". Это потрясающая работа режиссера, достаточно молодого человека. Такое зрелое кино, удивительное мастерство" <...>


Пусть кино будет одной из красок фресок

20 ноября 2005 16:15 | радио «МАЯК» | Ольга Галицкая и Андрей Плахов (ведущие)

С 15 по 19 ноября в Вологде проходил фестиваль молодого кино имени Юрия Половникова "Фрески Севера". Главную премию на этом киносмотре получила картина молодого режиссера Артема Антонова "Полумгла". Снимался этот фильм как раз в Вологде.

<...> Все, кто был в это время в этом чудесном городе, все смотрели кино с интересом и удовольствием. И мнение жюри и зрителей совпало. Говорит председатель жюри Гари Бардин.
БАРДИН: Каким образом я дошел до жизни такой, что стал председателем этого фестиваля? Мне чрезвычайно приятна атмосфера. Мне очень нравится зритель вологодский, который отличает подделку от настоящего. Я больше всего рад тому, что наш главный приз фестиваля совпал с призом зрительских симпатий. То есть наш профессиональный взгляд на всю программу фестиваля совпал с зрительским. И когда кто-нибудь скажет, что публика - дура, здесь она не дура, она отличает зерна от плевел. Это очень приятно. Я надеюсь, что у фестиваля будет долгая жизнь, как жизнь фресок Дионисия. Дай бог, чтобы это случилось здесь, на этой земле. Все располагает в ней - и необычность, и деревянные постройки, и храмы, и культура древняя, которая предполагает внесение еще новых и новых красок в эту культуру. Пусть кино будет одной из красок этих фресок.


Fresco – значит «свежий»

№ 46 (427) 22 - 29 ноября 2005 \ «Премьер», Вологодская областная газета \ Ксения Новинская

<...> Вологодская молодежь активно посещала фестиваль. Здесь были те, кого встретишь в центре города на роликах и скейтбордах, или те, кого увидишь в Осановской роще с мечом и в кольчуге. Из известной маленькой кофейни на улице Ленина до кинотеатра «Салют», несмотря на мерзкую погоду, не поленились дойти стильные девушки и юноши из тех, что за чашкой горячего шоколада под этническую музыку обсуждают последний альбом группы «5nizza» и только что вышедшую книгу Харуки Мураками. Пришли и те, кто ходит с торбами «Короля и шута» за плечами, и те, кто здоровается за руку со всеми местными ди-джеями. В кинотеатры пришло новое поколение, которому нужно новое кино. Пришло и проголосовало (каждый мог это сделать в анкетах) за картину «Полумгла», получившую приз зрительских симпатий. Это кино о Великой Отечественной войне снималось в деревне Семенково под Вологдой и завоевало «Гран-­при за лучший первый фильм» Монреальского фестиваля. Видимо, не зря молодой режиссер­-дебютант Артем Антонов в интервью нашей газете еще до подведения итогов «Фресок Севера» заявил, что старался снять фильм о войне для людей своего поколения. С вологодской публикой он говорил на их языке, и потому его поняли.


Просветлели "Фрески Севера"

№ 210 (1827) 26 ноября 2005 года| «Парламентская газета» | Татьяна СЕМАШКО

<...> Безусловным лидером этого фестиваля стал дебютный фильм недавнего выпускника Санкт-Петербургского университета кино и телевидения Артема Антонова "Полумгла". Это рассказ о дружбе русских деревенских баб, у которых сыновья, братья, мужья погибли на войне, с пленными немцами зимой 1945 года. Он был снят в этнографическом музее под открытым небом в Семенкове близ Вологды. "Полумгла" получила приз жюри "За лучший игровой фильм", а также приз зрительских симпатий. Последнее особенно удивительно, если учесть, что фильм грустный, суровый, психологический и философский. Блокбастером его при всем желании не назовешь. Редкий случай, когда совпали мнения профессионалов и простого народа <...>

- Артем Антонов, - сказал в разговоре с корреспондентом "Парламентской газеты" председатель жюри фестиваля Гарри Бардин, - осмыслил войну со своей колокольни и не впал в общий хор, а показал войну как грязь, как противоречие гуманности вообще. Здесь дело не в том, кто за что воюет. Война осуждается как фактор, и жестокость проявляют не немцы, не русские, а государство. Режиссер выстроил логику своего фильма настолько, что финал логически вытекает из контекста фильма. И еще я хочу сказать, что снять такой фильм - это поступок, а для молодого человека - подвиг.


Премьера картины «Полумгла» может не состояться

25 ноября 2005 18:49 | Телеканал «НТВ» | Юлия Олещенко

Скандал вокруг нашумевшей картины Артема Антонова «Полумгла» – режиссер картины и сценарист по-разному видят финал картины.

С подробностями – корреспондент НТВ Юлия Олещенко.

Официальная премьера картины «Полумгла» петербургского режиссера Артема Антонова о том, как зимой сорок пятого в глухой деревушке война столкнула пленных немцев и русских вдов, запланирована на 23 февраля – День защитника Отечества.

Но может не состояться: сценарист картины Игорь Болгарин не согласен с режиссерской трактовкой образа защитника Отечества и чересчур трагическим финалом.

В «Новой газете» Болгарин опубликовал открытое письмо, где называет «Полумглу» – «антироссийской картиной, в которой наши сограждане, выдержавшие все тяготы войны, выглядят жестокими ублюдками».

Первоначальный вариант сценария под названием «И снегом землю замело» завершался сценой светлого прощания русской и немецкой сторон. На экран вышла версия, в которой пленных расстреливают.

Артем Антонов, кинорежиссер: «Сама история очень хорошо написана. Но на мой взгляд она была достаточно мягковата – сделана в традиции 50-х годов прошлого столетия, и нужно было обострить конфликт, чтобы донести до современного зрителя, до современника замысел истории, замысел сценария».

Не дойдя до широкого проката дебютная полнометражная картина Антонова уже собрала призы на Выборгском «Окне в Европу», Вологодских «Северных фресках», «Молодости» в Киеве и Первом Новом Монреальском кинофестивале. Причем в Канаде «Полумгла» удостоилась награды с формулировкой «за такт и умение рассказать о жестокостях войны, не впадая в патетику и очернение».

Для маститого драматурга Болгарина, автора десяти сценариев, в том числе и «Адьютанта его превосходительства», это не аргумент. Он откровенно признался, что невзлюбил картину заочно.

Игорь Болгарин, кинодраматург: «Сам фильм я не видел. Но, слава богу, видело много людей самых разных, и мне рассказали. И я его знаю так, как будто бы я его видел».

Через Федеральное агентство по культуре и кинематографии оскорбленный сценарист надеется привлечь на свою сторону компетентных экспертов в погонах.

Игорь Болгарин, кинодраматург: «Есть какие-то у меня пути. Я думаю, посмотрят эту картину в Министерстве обороны и надеюсь, что ее оценят так, как она того заслуживает».

Режиссер Антонов тоже обратился к чиновникам с просьбой присутствовать на судьбоносном мероприятии. Но пролить свет на то, где, когда и при участии кого будет устроен решающий просмотр «Полумглы» на сегодняшний день никому не удалось.


Премьера фильма «Полумгла» - обладателя пяти наград российских и международных кинофестивалей может быть отменена

28 ноября 2005, 14:31 | «РИА "Новости" - Северо-Запад»
 
Премьера фильма петербургского режиссера Артема Антонова 'Полумгла' может быть отменена, картина запрошена Министерством обороны РФ для проведения экспертизы. Об этом РИА Новости рассказал один из сценаристов фильма Игорь Болгарин.
По словам Болгарина, при создании фильма в первоначальный сценарий 'И снегом землю замело…', написанный им совместно с Виктором Смирновым, режиссер картины Артем Антонов внес значительные изменения.
'По нашему сценарию это должна была быть добрая картина, посвященная 60-летию Великой Отечественной войны. А получился совсем другой фильм', - рассказал сценарист, добавив, что сам картины не видел.
Как подтвердили РИА Новости в пресс-службе киностудии 'Никола-фильм' - производителя картины, изменения в сценарий действительно вносились. 'Это было строго в соответствии с договором, подписанным авторами сценария Игорем Болгариным и Виктором Смирновым', - отметили в пресс-службе.
Вместе с тем, режиссер фильма упреки в свой адрес не принимает, настаивая, что все изменения в сценарии преследовали цель исключительно художественную и не вступили в противоречие с первоначальным замыслом авторов, рассказавшим историю о взаимопонимании и всепрощении. 'Гибель героя, а именно это я снимал, является художественным средством, подчеркивающим трагизм происходящего и вызывающим сострадание', - сказал в интервью РИА Новости Антонов.
В связи со сложившейся ситуацией, Артем Антонов направил письмо в адрес начальника управления кинематографии Федерального агентства по культуре и кинематографии Сергея Лазарука с просьбой присутствовать при проведении экспертизы в Министерстве обороны.
'В ближайшие дни состоится показ моего фильма 'Полумгла' представителю Министерства обороны с целью вынесения решения о его дальнейшей прокатной судьбе и выхода на киноэкраны страны. Прошу Вас разрешить мне и моим коллегам-дебютантам присутствовать на показе нашего фильма представителю Министерства обороны и отвечать на возникающие в процессе просмотра вопросы, поскольку от результатов этого показа зависит наша дальнейшая кинематографическая судьба и жизнь', - говорится в письме.
Премьера картины запланирована на 23 февраля будущего года. На вторник, 29 ноября, запланирован пресс-показ фильма и его общественное обсуждение.
Фильм 'Полумгла', снятый на петербургской киностудии 'Никола-фильм' является дебютной картиной режиссера Артема Антонова, оператора-постановщика Андрея Воробьева, художника-постановщика Марии Белозеровой, художников по костюмам Надежды Орловой и Аси Когель, исполнителей главных ролей Юрия Тарасова, Анастасии Шевелевой, Сергея Грязнова. Производство картины велось при финансовой поддержке Федерального Агентства по культуре и кинематографии.
Фильм 'Полумгла', действие которого происходит зимой 1944 года, рассказывает об истории строительства пленными немцами, под командованием советского лейтенанта Анохина, радиовышки в глухой архангельской деревушке Полумгла. Отношения немцев с местными жителями - главный сюжет этого фильма.
Среди наград, которых был удостоен фильм - 'главный приз за лучший дебют' с формулировкой 'за такт и умение рассказать о жестокости войны, не впадая в патетику или очернение' на I Новом Монреальском международном кинофестивале. Сергей Лазарук, начальник управления кинематографии ФАКиК, в одном из интервью РИА Новости назвал интерес престижных международных фестивалей к молодым российским режиссерам «замечательным симптомом».
Кроме того 'Полумгла' получила 'приз за лучший игровой фильм', 'приз зрительских симпатий', диплом 'за гуманизм и высокое художественное мастерство в развитии темы Великой Отечественной Войны' на II открытом Вологодском кинофестивале 'Фрески Севера', специальный приз президента XIII Российского кинофестиваля 'Окно в Европу' Армена Медведева 'За лучший дебют', приз Гильдии киноведов и кинокритиков России, диплом XXXV Международного кинофестиваля 'Молодость' в Киеве.
 

В России наступает полумгла

30 ноября 2005 г. | «CINEMA.km.ru» | Сергей КУДРЯВЦЕВ

Вчера в Союзе кинематографистов России состоялось весьма необычное собрание членов Гильдии киноведов и кинокритиков, а также всех заинтересованных лиц, озабоченных тем, что фильму «Полумгла» не выдают разрешительное удостоверение для проката. Ведь практически с момента распада СССР не было случаев апеллирования к запрету кинолент на основании их якобы клеветнического характера и антисоветской (ныне - антироссийской) направленности.

Но проявление в последнее время тенденций «неосоветизма» как в общественно-политической жизни, так и в культуре и искусстве позволяет отдельным согражданам, в том числе и некоторым кинематографистам, вновь заострять вопрос о наличии в отечественных картинах оскорбительных выпадов в адрес всего российского народа. Причём знаменательно, что подобный «поклёп на нашу родину» выискивается только в тех произведениях, которые посвящены прошлому страны, где будто бы уже не может быть ничего постыдного и бесславного. Вот если поносится современная действительность, то так ей, в принципе, и надо! Но ни в коем случае нельзя трогать по-прежнему болезненные, хоть и затянувшие раны минувшего, особенно касающиеся периода Великой Отечественной войны.

На этот раз жертвой обвинений в клевете на русских людей стал фильм «Полумгла» молодого и талантливого петербургского режиссёра Артёма Антонова, уже удостоенный премии за дебют на новом кинофестивале в Монреале, а также призов в Выборге, Киеве и Вологде (где, кстати, он заслужил ещё и награду публики). Неудовлетворённые амбиции сценаристов Игоря Болгарина и Виктора Смирнова, которые прежде воспевали с особым пафосом партизанские подвиги Ковпака, теперь простёрлись настолько далеко, что они грудью встали на защиту несчастных немцев-военнопленных, которых будто бы не мог расстрелять в финале излишне ретивый майор, желающий поскорее избавиться от «ненужного груза» - от тех, кто и так уже должен был сдохнуть в голоде и холоде на северной стройке. И вместо справедливого гнева по отношению к советским властям и их представителям в армии именно в пору насаждения ненависти ко всему немецкому авторы сценария попытались «перевести стрелку» на упомянутого постановщика-дебютанта и давно зарекомендовавшего себя продюсера Игоря Калёнова из компании «Никола-фильм», которые якобы возжелали полить грязью в год 60-летия Победы гуманных и склонных к сочувствию русских людей из архангельской глубинки, из деревни со странным названием Полумгла.

Однако трагический исход с типичной для российской культурой темой «народ безмолвствовал» на самом-то деле вытекал из предшествующего повествования и фактически был заранее подготовлен фразами из радиосвязи с существующим где-то начальством, которое никак не хотело верить, что вверенный юному лейтенанту взвод немецких военнопленных остаётся без потерь. И переживание своеобразного катарсиса в последних кадрах «Полумглы» куда важнее фальшивого и заискивающего тона закадрового комментария «про мир и дружбу между народами», что предлагалось в сценарном варианте.

Раздосадованные Болгарин и Смирнов, которые даже не удосужились оговорить в типовом договоре о передаче сценария для производства дополнительные условия насчёт возможности своего участия в окончательном монтаже и вообще устранились от непосредственной работы над картиной, теперь раздувают скандал в прессе и угрожают разными мерами, вплоть до обращения в Министерство обороны, видимо, испытывая острую ностальгию по ГлавПуру. Им следовало бы просто снять собственные фамилии с титров, как это сделал ещё один скандалист-сценарист Илья Авраменко, почему-то посчитавший, что в фильме «Первый после Бога» о советских подводниках времён войны выведены отрицательные герои. Но более молодой Авраменко не имеет, в отличие от авторов сценария «Полумглы», былых заслуг перед армией и органами безопасности. Они же готовы опять воззвать к «искусствоведам в военной форме и в штатском», чтобы над страной воцарилась если не сталинская мгла, то хотя бы путинская полумгла.


Полумгла слепит глаза

Авторы сценария пытаются запретить готовый фильм

1 декабря 2005 г. | «Российская газета» | Валерий КИЧИН

Экранная карьера фильма петербургского режиссера-дебютанта Артема Антонова "Полумгла" начинается с призов в Монреале, Выборге и Вологде и большого скандала. Маститые драматурги Игорь Болгарин и Виктор Смирнов - авторы сценария, положенного в основу фильма, - делают все, чтобы картина не вышла к зрителям. На то у них есть свои резоны: возник непримиримый конфликт между идеологией сценария и "посланием", которое несет фильм.

Сценарий

Сюжет фильма развивается в последнюю военную зиму на Севере под Архангельском, в скованной морозом деревеньке, где уже не осталось мужиков - все либо еще воюют, либо уже убиты. Туда прибывает колонна пленных немцев под командованием молоденького, контуженного войной лейтенанта Анохина - им предстоит построить вышку для радиомаяка. Лейтенант - прямо из госпиталя, где он лечился от ранения. Раны почти зарубцевались, но психическую травму так просто не излечишь - Анохин не может видеть немцев живыми, и задание командования для него - мука. Перед нами проходит история о том, как вдали от войны люди с обеих сторон фронта, по милости политиков угодившие в ее мясорубку, в общей борьбе с невзгодами открывают друг в друге таких же бедолаг с такими же чувствами - тоской по семье, теплу, миру, человечности.

Этот процесс оттаивания душ, освобождения от бронированного кокона войны и обращения врага в союзника - тема многих гуманистических фильмов, авторы сценария тут не сделали никакого открытия. Год назад о том же снял сильную картину "В созвездии Быка" Петр Тодоровский. Оттаивание душ - ведущий мотив фильма Александра Рогожкина "Кукушка". Можно вспомнить сходную по теме и тоже дебютную ленту Татьяны Лиозновой "Память сердца", снятую через 12 лет после Победы, - там Тамара Макарова играла русскую крестьянку, выходившую тяжело раненного немца.

Сценарий Болгарина и Смирнова, премированный на драматургическом конкурсе и опубликованный в альманахе "Киносценарии", заканчивался сценой патетического прощания селянок с немцами, которые отбывают в неизвестность, многое поняв о еще вчера враждебной России.

Фильм

Молодой режиссер интуитивно почувствовал, что такой финал, вполне разумный для идеологической ситуации советских лет, сегодня выглядел бы благостной неправдой. Мы за эти годы узнали о войне много нового, шокирующего, развенчивающего миф о тотальном героизме и борьбе за правое дело. Мы прошли через опыт Катыни и ГУЛАГа. И фашизм, как показала дальнейшая история, не разгромлен - он свободно марширует по улицам наших же городов. И идея войны никуда не растворилась - эта изрыгающая смерть махина по-прежнему давит гусеницами целые народы. Мы теперь очень хорошо знаем, что любовь не всегда побеждает зло, а дела человеческие далеки от лучших человеческих порывов.

Так у фильма возник другой финал. Вышка, которую строили пленные, оказывается ненужной (трассу самолетов, для которой требовался радиомаяк, перенесли), дальнейшее содержание немцев в деревне Полумгла где-то в верхах признано нецелесообразным, и прибывший из центра отряд буднично, как все на войне, расстреливает пленных. Сам расстрел не показан - мы только слышим раскатистый звук выстрелов и видим окаменевшие лица женщин, дважды за войну потерявших своих мужчин. Зритель испытывает шок: физически ощущаешь, как в теплый человеческий мир, умеющий сохранить себя в любых, самых нечеловеческих условиях, с лязгом вторгается все та же бездушная военная махина, не разбирающая чужих и своих.

Получился фильм пацифистский в самом полном и высоком значении этого слова.

Позиции

Чувства драматургов можно понять: к их произведению, вопреки их протестам, приделали другой финал. Их раздражение самим этим фактом столь велико, что они устроили публичный скандал еще до того, как сами посмотрели готовую картину. Фильм уже прошел на Выборгском фестивале "Окно в Европу" и на Новом фестивале в Монреале (на обоих он взял призы за лучший дебют), получил Гран-при и Приз зрительских симпатий на фестивале "Фрески Севера" в Вологде - но авторы сценария по-прежнему судили о нем по рассказам свидетелей. В "Новой газете" появилось письмо Игоря Болгарина, где он назвал не виденный им фильм "чудовищно безнравственным кино" и "антироссийской картиной, в которой наши сограждане, выдержавшие все тяготы войны, выглядят жестокими ублюдками". Сценарист хочет привлечь к решению судьбы фильма чиновников из министерства обороны.

Но только в минувший вторник на просмотре картины, организованном Гильдией кинокритиков СК России, Игорь Болгарин увидел картину, в титрах которой стоит его имя. Его соавтор Виктор Смирнов на просмотр прийти не смог и по-прежнему судит о картине по рассказам очевидцев. Что-либо изменить в их позиции этот просмотр не мог даже теоретически: за полгода драматургической войны они слишком далеко зашли в своих протестах, чтобы признать торжество "противника". Тот самый путь, который сценаристы талантливо прописали для своих героев, им самим оказался не по силам.

Фильм, однако, прошел с абсолютным успехом, что в среде критиков большая редкость. Мы увидели трагическую по сути и жанру картину, где по обе стороны фронта - не русские и немцы, а политики и народы. Мы увидели, каких смертельных ран - в первую очередь душевных - стоят народам политические интриги. Мы кожей почувствовали механический лязг военных гусениц, перемалывающих судьбы людей, разрушающих наш с таким трудом налаженный и такой хрупкий, от любых политических дуновений зависящий быт.

Мы увидели фильм не о Великой Отечественной войне, хотя действие происходит в 1944-м. Это фильм о войне как таковой. И потому это картина уже не двадцатого века, собственные преступления воспринимавшего как героику, а века наступившего, протрезвевшего.

И это, конечно, совсем другая идеология.

Единственное, чего мы там не увидели, - это "ублюдков" и "антироссийского" духа.

Опыт

В этой статье не место для подробного анализа фильма. Скажу только, что это сильная работа талантливого и умного человека. В ней совсем нет того холодного расчета на фестивальный успех, которым отмечена наша "чернуха", но есть живая страсть и совесть. Этим она резко выделяется из ряда талантливых, но конъюнктурных лент от "Самостоятельных людей" Каневского до "4" Хржановского.

В фильме молодого режиссера есть свои издержки дебюта и возраста. Неубедительно прочерчена эволюция лейтенанта Анохина - похоже, не хватило метража, чтобы показать этот переход от ненависти к пониманию врага как такого же человека, точно так же стрелявшего в тебя по приказу. Зато щедро показана этнография Севера с его шаманскими обычаями и старухой колдуньей, словно пришедшей из спектакля Мариинского театра "Трубадур". Режиссеру еще не хватает умения добиться от актеров той психологической глубины и многозначности, которых требует его же замысел. Но впечатляет его способность увидеть потенциальные возможности взятого материала, почувствовать его внутреннюю логику, которую, как мы видим, не всегда замечают сами авторы. После просмотра картины действительно трудно представить себе правдивость иного исхода. Обогащенные опытом Афгана и Чечни, мы уже слишком хорошо знаем цену жизни даже наших соотечественников, чтобы принять светлые слезы расставания вчерашних врагов как правду жизни. И в этом смысле картина честно и прозорливо зафиксировала: пришло другое время - время прозрения.

Остается юридический аспект конфликта. Он неясен. Со дня изобретения кинопленки сценарист сознает себя лишь поставщиком сырья для истинного автора фильма - режиссера. Это печальное чувство, о нем со скорбью писали классики нашей кинодраматургии Евгений Габрилович и Анатолий Гребнев. Но иного варианта не придумано. История помнит болезненные конфликты между писателями и кинематографистами. Крайний пример - споры и даже суды, которые инициировал Владимир Богомолов по поводу то "Иванова детства" Тарковского, то "В августе 44-го" Жалакявичуса, а позже и Пташука. Между тем именно картина Тарковского сделала заурядный рассказ всемирно известным, а фильм Пташука дал второе дыхание и новую популярность некогда новаторской, а теперь архаичной прозе.

Сценарий Болгарина и Смирнова опубликован - это отдельное произведение, каждый при желании может его прочесть. Отдельным произведением стал и фильм Антонова - он уже живет самостоятельной жизнью, и слава богу, что никакие чиновничьи структуры сегодня не в силах эту жизнь прервать. И это личное дело авторов - протянуть друг другу руки и вместе пожинать плоды успеха или оставаться в надуманной позе идеологических противников.

Не представляю вставшего на этот сомнительный путь Сервантеса, который вчинит иск композитору Минкусу за то, что философский роман тот превратил в нарядный дивертисмент с красивыми живчиками на красивом ландшафте. Ведь ни великого романа, ни великого балета от этого не убыло.


Стилистический или идеологический?

Неожиданный конфликт разгорелся вокруг фильма «Полумгла»

N°225, 2 декабря 2005 г.| «Время новостей» | Алёна СОЛНЦЕВА

Уже после того как картина была закончена и показана сначала на Выборгском фестивале, потом еще на нескольких, получила ряд призов и кое-какую прессу, но еще до выхода в широкий прокат (сначала он намечался на декабрь, потом был перенесен на весну) сценаристы Игорь Болгарин и Виктор Смирнов вдруг возмутились самоуправством режиссера и продюсера, без их согласия переделавшими финал.

История, рассказанная «Полумглой», когда-то могла показаться парадоксальной и острой, но после «Кукушки» и других фильмов о людях, воевавших по разные стороны фронтов, выглядит уже вполне тривиальной. В маленькой северной деревне, где почти всех мужиков забрали на войну, зимой 1944 года команда пленных немцев строит некий объект. Постепенно местные жительницы, понимая, что мужики есть мужики, разбирают немцев по избам, где без рабочих рук валится хозяйство. Немецкие пленные охотно берутся за топоры, чинят крыши, доят коров и украшают им хвосты бантиками. В общем, полный был бы ажур, но из города приезжает начальство с сообщением, что объект больше не нужен. По версии сценаристов, немцев забирают для дальнейших трудовых подвигов в неведомые края, где их ждет тяжелая жизнь или быстрая смерть от голода и холода. Но режиссеру Артему Антонову показалось, что такой финал будет слишком вял и не эффектен. Теперь в фильме начальство сообщает, что везти немцев не на чем, кормить нечем, и потому их, дескать, «списали». Безликая команда уводит полюбившихся зрителям героев за косогор, и оттуда слышны выстрелы.

Узнав о новом финале, сценаристы, фильма не видевшие, выразили протест. По их мнению, изменения не историчны - расстрела пленных просто не могло быть, а главное, финал искажает общий замысел фильма, задуманного как гуманистический. «Не стану пересказывать всех глупостей, которые наворотил в сценарии наш «соавтор». Но во что превратил режиссер финал фильма! Этих работящих, разделивших с местными жителями все трудности военного лихолетья, расстреливают. Просто так. Они больше не нужны. А наши крестьяне спокойно на это смотрят», - пишет Игорь Болгарин в своем открытом письме.

В борьбе за правду сценаристы готовы дойти до высших инстанций, включить в борьбу Министерство обороны, и отстоять свое детище, то ли заставив режиссера переснять финал, то ли запретив прокат фильма.

Эта коллизия была бы просто анекдотичной (странно, когда взрослые, опытные люди жалуются на обман, хотя кто им мешал читать контракт, который они подписывали, заранее обсуждать условия и степень возможных изменений или хотя бы посмотреть рабочие материалы? Ведь от окончания съемок до появления готового произведения проходит больше полугода), но, к сожалению, она типична. И пренебрежением всех участников к договору, то есть к узаконенному и цивилизованному предварительному обсуждению условий работы, и аппеляцией к «сакральным» смыслам отечественной истории и силовым методам разрешения конфликта, и аргументами дискуссии.

Конечно, упреки в представлении «наших соотечественников убогими и даже преступно жестокими» могли возникнуть только в очень специально скроенных умах, и при этом до просмотра фильма. Более весомыми могут показаться упреки в искажении исторической правды. Хотя никто не предполагает видеть в художественном произведении учебник истории, но само произведение, если оно талантливо, этот учебник успешно заменяет. Образ сильнее факта, и лучше запоминается, и легко факт замещает, особенно в российской ментальности, где чувство всегда побеждает разум. А «Полумгла», которая вовсе не претендует на историческую достоверность, фильм, как оказалось, заразительный и эмоциональный.

Когда я смотрела картину, расстрел немцев показался мне неожиданным и неубедительным, но не из-за «чернухи», а просто потому, что на протяжении всего фильма авторы показывали условную, почти сказочную историю, где все -- и русские, и немцы, были не совсем реальны. И этой умилительной и глянцевой картинке более подошел бы такой же глянцевый и красивый финал. Немцев могли бы увести в дремучие архангельские леса, или все они -- и немцы, и русские -- могли бы раствориться в сполохах северного сияния, а пустую деревню занесло бы снегом. Стилистике картины, на мой взгляд, такой финал был бы намного ближе.

Но, как выясняется, большинство зрителей, даже профессиональных, воспринимают фильм иначе («Полумгла» на фестивалях исправно получает призы от жюри и от публики, что редко совпадает). Зрителей не смущают ни достойные фольклорного ансамбля декорации (снимали в музее деревянного зодчества), ни вид современных городских женщин, закутанных в платки, ни с усердием этнографов воссозданные интерьеры, ни псевдонародные диалоги. Этот антураж принимают за достоверный, а вернее всего на него просто не обращают внимания. Как не обращают внимания на несовпадение сцен по времени, приблизительность мотивировок, отсутствие развития характеров... Законы современного восприятия сегодня уже не требуют от действия логики. Куда важнее совпадение ожиданий зрителя с сообщением, заложенным в картине. И решение режиссера сделать финал эмоционально сильным оказалось оправданно. Зритель сегодня реагирует не столько на суть, сколько на жест. На эмоциональный удар. В нужном направлении. От фильма не ждут открытия новой правды, ждут подтверждения своей. И большинству тех, кто «Полумглу» видел, предложенный режиссером взгляд на войну очень близок.

Кстати, вспомним самый востребованный фильм последнего времени, «9 роту», где речь шла в сущности о том же: «Они хотели, чтоб их любили» -- а их убили. Мало кто желает разбираться в деталях, что там произошло с этими ребятами в горах Афганистана, зрителям важно сочувствие, которое они испытывают к частному человеку, ставшему жертвой надличных сил (будь то армия, государство, закон). И это чувство сильнее прочих, оно соответствует сегодняшнему настроению граждан, реально разделяющих желание теплых человеческих тел любить, строить свой дом, украшать бантиком хвосты своих коров.

В этом смысле фильм «Полумгла» действительно не историчен, во времена Отечественной войны состояние умов было другим. С таким настроением мы ту войну действительно не выиграли бы. Но, может быть, с таким настроением немцы ее и не начали бы? Это вечный спор мужского и женского, героического и будничного, душевного и духовного. Сегодня его выигрывает слабая сторона, та, что мечтает о жизни и боится смерти, и меня это радует.

«Полумглу» снял молодой режиссер, это его первая полнометражная картина. Судя по всему, Антонов принадлежит к тому типу режиссеров, которым важно понравиться публике - не угодить, а завлечь, быть принятым, и он, возможно, инстинктивно выбирает нужные способы. У него красивая, ясная картинка (оператор тоже дебютант - Андрей Воробьев), энергичные планы, динамичный монтаж, выразительные персонажи. Возможно, ему не хватает умения ориентироваться в конструкции фильма, в его целом, но очевидно, что для дебютанта он хорошо подготовлен и вполне профессионален.

Что же касается сценаристов, то они как раз в кино работают не первый год. Игорь Болгарин написал сценарии к таким знаменитым фильмам, как «Дерсу Узала» и «Адъютант его превосходительства». Сценарий «Полумглы» с названием «И снегом землю замело» в 2003 году стал призером сценарного конкурса Министерства культуры. «Роскультура» и финансировала часть бюджета «Полумглы» в рамках своей программы поддержки дебютов. Возможно, что при таком раскладе маститые сценаристы были уверены в подчиненном положении молодого режиссера, и мысли не могло у них возникнуть о каком-либо вмешательстве в их текст. Именно поэтому они не удостоили съемки картины личного участия -- дескать, не по чину. И только узнав с чужих слов о сделанных изменениях, немедленно кинулись жаловаться чуть ли не в... Министерство обороны. Чтобы оно оценило картину, «как она того заслуживает».

Странный выбор рецензента для художественного произведения.


Сладость цензуры

№ 231 (№ 3315) от 08.12.2005, ЧТ | «КоммерсантЪ» | Андрей Плахов

<...> Появился еще один фильм – "Полумгла" молодого режиссера Артема Антонова. Как и в случае с "4", сюжет начал раскручиваться с его международного успеха – приза на Монреальском фестивале. В последнее время патриоты пробуют реанимировать старый принцип: если враги хвалят, значит, фиалки пахнут не тем. Как только картину показали на родине, на фестивале в Выборге, разразился скандал. Его зачинщиками стали сценаристы Игорь Болгарин и Виктор Смирнов – мастера советского военно-патриотического киножанра, из-под чьего пера вышли "Адъютант его превосходительства" и "Дума о Ковпаке". Они-то написали сценарий о том, как пленных немцев гонят в северную деревушку Полумгла строить радиомаяк. Бабье царство встречает их вилами и проклятиями, но постепенно женщины начинают видеть в фашистах-извергах несчастных людей и даже потенциальных мужиков. Они их жалеют, а от жалости недалеко и до любви.

Режиссер почти до самого конца фильма более или менее придерживается канвы сценария, с гуманистической теплотой балансирующего между драмой и комедией – в духе "Кукушки" Александра Рогожкина. Но шоковый финал, введенный вопреки сценарию, решительно ломает эту жанровую интонацию: приезжают энкавэдэшники и расстреливают "немчуру" практически на глазах у всей деревни. Именно эта сцена стала поводом для обвинений в том, что картина антирусская: упреков в антисоветизме сегодня недостаточно, но, как и в былые времена, художники легко путают любовь к народу и любовь к власти. Сценаристы, которых поддержал их коллега и ровесник Валентин Черных, взывают к исторической правде и ее гаранту – Министерству обороны. А к кому еще взывать, если они (сценаристы) продали свое произведение с потрохами и никаких юридических прав на него не имеют? Они привлекают общественность в лице деятелей "Мемориала", историков, журналистов, убеждающих, что подобных расстрелов пленных быть не могло. Радио "Свобода" интерпретировало конфликт как стычку бесправных драматургов с начальством, то есть с продюсерами, которые, по сути, подвергают цензуре литературный текст.

Гильдия киноведов и кинокритиков России тоже оказалась ангажирована в это дело, но выступила на стороне режиссера и продюсера, отстаивая их право на переделки сценария. Особенно после того как разнесся слух, что "Полумгле", так же как и фильму "4", в Минкульте отказываются дать разрешительное удостоверение на выпуск в прокат, который намечен на 23 февраля – подарок к Дню защитника Отечества. Однако руководители Федерального агентства по культуре и кинематографии категорически отрицают факт запрета. По словам начальника управления кинематографии Роскультуры Сергея Лазарука, фильм не будут рекламировать и поддерживать в прокате, но класть на полку его никто не собирается. <...>


Извините, живем…

Заметки со II открытого кинофестиваля имени Юрия Половникова

"Красный Север" N 172 от 08.12.05 | Наталия СЕРОВА

<...> "Полумгла" режиссера Артема Антонова собрала букет наград "за лучший художественный фильм", приз зрительских симпатий и награду от "Красного Севера". В деревенском пространстве этого фильма сошлись обездоленные войной русские солдатики и пленные немцы, пригнанные на работу. Режиссер выстроил настоящую модель достойного человека сосуществования, человечности, сострадания и той самой толерантности, о которой сейчас так много говорят и пишут, толком не разбирая, что же это такое. <...>


В плену у полумглы
Финал фильма поссорил режиссера и сценаристов. Последние, помимо прочего, объявили «Полумглу» антироссийской картиной

№49 11 декабря 2005 | «Новое время» | Василий КУЗНЕЦОВ

Заграничный режиссер Дэвид Кроненберг просил журналистов никоим образом не разглашать финала своего фильма «Оправданная жестокость». С российской картиной «Полумгла» ситуация прямо противоположная – придется раскрыть читателям, чем все закончилось, так как суть конфликта, возникшего между сценаристами и режиссером, именно в жестокости финала. Собственно, «секретов» у фильма два – название и финал.

Полумгла – именно без кавычек – это название деревни в Архангельской области. Как говорится, говорящее имя. Тут нельзя не вспомнить некрасовские деревни из поэмы «Кому на Руси жить хорошо»: Заплатово, Дырявино, Разутово, Знобишино, Горелово, Неелово, Неурожайку – тож.

Война. В Полумглу на строительство радиовышки (по окончании работ оказавшейся никому не нужной) прибывают немецкие военнопленные под командованием лейтенанта Анохина (Юрий Тарасов). Лейтенант был ранен на фронте, почти вся его рота погибла, он патологически ненавидит своих подчиненных. Однажды в припадке пытается убить.

Но в затерянной на живописнейших российских просторах деревушке раскрылись лучшие качества фашистов. Оказалось, они вовсе не изверги – кошек за хвост не подвешивают, собачкам лапы не ломают, а такие же люди, как мы, только даже еще более жалобные, голодные, изможденные вдали от дома, от своих Гретхен и Катарин, в очень холодном климате. Их ютят в своих избах местные бабы, пленные помогают им по хозяйству, ходят на охоту, завязывают банты на хвостах коров и т.д.

По сценарию, написанному Игорем Болгариным и Виктором Смирновым, на том все и заканчивается: северная идиллия с немецким акцентом и полублаженной улыбкой Анохина.

Но режиссер Артем Антонов добавил драматизма: по дремучим ледяным лесам, словно инфернальный «сибирский цирюльник» из одноименного фильма, в Полумглу вкатывается железный вездеход с энкавэдэшниками, которые расстреливают немцев.

С художественной точки зрения, с позиции оценки времени и власти, бесспорно, настоящий финал правдивее. В противном случае – плохой пример, но больше ничего на ум не приходит – Александр Иванович из романа «Лужин» болтался бы над угодливо распахнувшейся перед ним бездной, зацепившись подтяжками за подоконник, ожидая прибытия Службы спасения. По крайней мере, улыбка Анохина сменяется его едва сдерживаемыми слезами. Такой путь личности от ненависти до примирения, конечно, более ценен и интересен для искусства. Так «Полумгла» именно благодаря финалу беспроигрышно превращена из благостного, припудренного военной псевдодобротой фильма о войне в хорошо снятую военную драму.

Сценаристов же в данном случае беспокоят исторические факты и идеология. Причем идеология значительно больше, чем художественная сторона фильма.

На пресс-конференции с участием конфликтующих сторон были озвучены исторические изыскания Марка Кушнировича (кстати, постоянного автора «НВ»), которые показывают, что в СССР были случаи расстрела военнопленных. И случаи далеко не единичные.

Конечно, понять сценаристов можно: их детище претерпело изменение. Но каковы формулировки! Так, Болгарин, между прочим, ни разу «Полумглу» не видевший, называет фильм «антироссийской картиной, в которой наши сограждане, выдержавшие все тяготы войны, выглядят жестокими ублюдками».

Я бы ответил на это сперва несколько приземленно: военное время все же, по сюжету, нет транспорта, чтобы везти немцев на другую стройку, на исходе продовольствие, и решение принято по законам военного времени. В таком случае конвенции отходят на третий план. И не забывайте – какими бы обаятельными после щей и квасу ни выглядели в картине пленные, все они – захватчики и убийцы.

А затем бы сказал несколько возвышенно: скорее не наши сограждане «жестокие ублюдки», а власть, приказы отдающая, и время, в котором такие ситуации возможны и уместны. У наших сограждан как раз блестят глаза от слез. И уж если употреблять эпитет «антироссийский» – это более применимо не столько к картине, сколько к российской истории вообще. И Полумгла – что это, если не прекрасная метафора России, жизни подавляющего большинства наших сограждан? Жизни прошлой, настоящей и, несомненно, будущей. Это почему так не волнует авторов сценария?

Есть и довольно запутанный юридический аспект конфликта, который набирает обороты. Игорь Болгарин уже апеллирует к Министерству обороны, уверенный, что там поймут его и поддержат. Под вопросом общероссийская премьера фильма, запланированная на 23 февраля наступающего года – День защитника Отечества.

Как выразился на пресс-конференции знаменитый мультипликатор Гарри Бардин, сценаристы путают свою любовь к власти и любовь к народу.

А пока «Полумгла» собирает награды. Фестивали «Окно в Европу» в Выборге, «Северные фрески» в Вологде, «Молодость» в Киеве. На первом новом Монреальском кинофестивале фильм получил приз «за такт и умение рассказать о жестокостях войны, не впадая в патетику и очернение».


Вспомнить всё

14 декабря 2005 | «Акцент», г.Черкассы, Украина | Наталья ЮРИНА-ВЕРНИДУБ

Чтобы в наше время снять фильм, который по идеологическим причинам "положат на полку" нужно очень постараться. Вряд ли Артем Антонов, молодой питерский кинорежиссер, приступая к съемкам своей первой полнометражной картины мог предполагать, что еще до официальной премьеры фильм станет опальным и пресса будет ставить его в один ряд с "Андреем Рублевым" Тарковского, некогда тоже заклейменного, как "антирусский".

Дипломная короткометражка Артема Антонова "Столичный скорый" рассказывает о двух провинциальных девчонках, которые верят, что однажды, проносящийся мимо их городка скорый поезд однажды остановится, и столичный "принц" заберет их в неведомую, но наверняка прекрасную жизнь…

Как заявка о режиссерских возможностях, этот короткий фильм представлял своего создателя как нельзя лучше. "Столичный скорый" получил десяток призов на международных фестивалях, и даже номинацию на премию Американской киноакадемии. "Молодость" этой осенью от Артема ожидала такой же работы - современной, подвижной, стильной.

Поэтому его полнометражный дебют "Полумгла" удивил традиционностью изобразительных средств, но и подтвердил, что в русском кино появилась незаурядная личность, способная не только на легкую молодежную картину, но и на серьезную большую работу. А главным в "Полумгле" является не то, какие художественные средства избрал режиссер, а то, как он смог справиться с выбранной темой, как умело смог донести до зрителя свой взгляд, свои чувства.

Все начиналось очень хорошо. Артему предложили снять фильм по сценарию В.Смирнова и И.Болгарина. Работа этих сценаристов, известных нам по фильмам "Адъютант его превосходительства", "Обратной дороги нет", ставшая лучшей в конкурсе сценариев в 2004 году, Антонову понравилась, но "показалась достаточно мягковатой, в стиле 50-х годов". И Артем сценарий переработал, руководствуясь не только коммерческой целесообразностью, но и собственным отношением к событиям Великой войны. О деньгах думали продюсеры (И. Каленов и А. Роднянский), которые поддержали режиссерскую версию. В глухой деревне Полумгла не севере России остались одни женщины. Из мужчин - только мальчишки-сыновья, безногий инвалид да юродивый почтальон, предвещающий приносимые похоронки безумными криками и смехом. Именно сюда зимой 1945 года пригоняют группу немецких военнопленных, сопровождает которую лейтенант, искалеченный не только физически, но и душевно. И вот посреди бесконечной тайги, в жуткие морозы начинают оттаивать сердца. Полуголодных немцев разбирают по избам русские женщины, прощая им смерть своих мужей. Немецкие солдаты честно отрабатывают кусок хлеба и теплый угол, по-мужски приводя в порядок хозяйства. Всех военнопленных сыграли немецкие актеры, у которых от русских просторов началась депрессия: "Зачем нам нужно было это завоевывать?" А ведь съемки велись всего лишь в 80 км от Санкт-Петербурга, на базе маленькой деревушки. С помощью этнографического музея был восстановлен до мелочей тогдашний деревенский быт. Отличная актерская работа и скрупулезно воссозданная обстановка лишают "Полумглу" искусственности, которой грешат многие современные исторические фильмы. Правдивой выглядит даже рождественская ночь, с подчеркнуто сказочным небом и игрушечными месяцем и звездами. Военный объект, который строили пленные, оказался ненужным. Ненужными стали и немцы. Их расстреляли, приехавшие сотрудники НКВД, оставив онемевших и оцепеневших от ужаса местных жителей в полумгле. Опустошенным остается и зритель, когда после мелодраматичной истории с веселыми эпизодами переживает вместе с героями бессмысленный кошмар войны.

Именно из-за финала возник конфликт со сценаристами, в авторской версии которых немцев просто увели на новый объект, и режиссером. Причем конфликт вышел за рамки творческого. Очевидно, имея огромный жизненный опыт, ветераны советского кино побоялись выпасть из обоймы в деле формирования новой русской идеи. Чем же другим можно объяснить их нелепые аргументы и стиль борьбы, вызывающий стойкое чувство дежавю. "Режиссер руку приложил в направлении пресловутой "чернухи", рисующей наших соотечественников убогими и жестокими… Фильм построен на тотальной лжи… Финал противоречит исторической правде…" А по-моему, и жители деревни, и сопровождающие немцев советские солдаты показаны не просто нормальными людьми, а чрезвычайно великодушными. Вот только их души покалечены, и не только войной. А то, что среди нас были и сотрудники НКВД, именно они "убогие и жестокие", разве противоречит правде? И как может противоречить правде расстрел немецких военнопленных в художественном фильме на фоне реального убийства 40 тысяч польских офицеров в 45 году, на фоне устланного костями соотечественников российского севера и Сибири, уничтоженного голодоморами народа? А заградотряды и штрафбаты? Тоже тотальная ложь? А в одном интервью Игорь Болгарин признался: "Сам фильм я не видел. Но, слава Богу, видело много самых разных людей, и мне рассказали…" Такое тоже уже было в нашей общей истории: "Пастернака не читал, но требую запретить".

Артема Антонова и продюсеров обвинили в угодничестве Западу - "Полумгла" уже успела получить приз в Монреале и специальный диплом жюри на "Молодости" в Киеве.

При таком обвинении игнорируется мотивация, к примеру канадского приза - "За такт и умение рассказать о жестокостях войны, не впадая в патетику и очернение".

Сценаристы проявили такое неистовое рвение в борьбе с "юным дарованием", что на сегодня "Полумгле" не выдают прокатное удостоверение, тем самым ставя под вопрос не только прокат фильма, но и его премьеру, которая была запланирована на 23 февраля -День защитника Отечества.

Но разве не нужно знать и помнить, что в той войне было по разному. Было место и героизму, и человечности. Но нужно взять на себя ответственность, как это смог сделать Артем Антонов, за не очень приятные события прошлого - и тогда настоящее, возможно, станет светлее от надежды и веры в то, что в будущем ужасы 20 века окончательно останутся позади.


Полумгла спустилась на Союз кинематографистов

#240 (24285) от 22 декабря 2005 года (четверг)| «Вечерняя Москва» | Наталья БОБРОВА

Петербургский режиссер Артем Антонов снял честный и горький фильм о страшной машине войны. О том, что она проходит не только по передовым – окопам и блиндажам. Но всегда – через страдающие человеческие души. На этот раз – русских вдов в глухой северной деревушке Полумгле, занесенной снегом. Здесь война столкнула пленных немцев и окаменевших в своем несчастье солдатских вдов.

Бедные русские бабы!
Зимой 44-го года немцы под руководством контуженного лейтенанта (Юрий Тарасов) обреченно возводят никому не нужную вышку для радиомаяка. Бабы встречают их сперва вилами – а потом лаской и любовью. Даже на медведя идут с ружьем, чтобы подкормить болезных.
Кончается эта преступная манифестация жизни закономерно трагически: прибывшее начальство ликвидирует фронт работ и заодно несчастных арийцев, принесших на нашу почву вместе с генами наметки цивилизации и орднунга.
Грубо говоря, их уводят в овраг и расстреливают. А лейтенант беспомощно хлопает глазами… На все на это сверху льет равнодушный свет полная луна, а затем и фантастическое северное сияние… Это – краткий синопсис. Но картину надо смотреть. Она завораживает своей неординарностью. Помимо оригинального угла зрения и выбора героев (кстати, немцев играют натуральные артисты из Германии) – четким ритмом, изысканной красотой кадра (оператор Андрей Воробьев), тонкой актерской работой.
Лента уже собрала призы на выборгском «Окне в Европу», вологодских «Северных фресках», киевской «Молодости» и на новом Монреальском кинофестивале, где удостоилась награды «за такт и умение рассказать о жестокостях войны, не впадая в патетику и очернение». Это тем более приятно, что перед нами – дебют.
Артем Антонов снял свое первое большое кино. Пусть и спорное – по нравственной составляющей. Но заставляющее задуматься над странными вроде бы вопросами.
Например. Продолжение жизни – это преступление? Женщины, для которых кончена жизнь с гибелью мужа, имеют права на счастье с врагом? Но – хорошим мужчиной? Женщины, которых мужики-начальники загнали в свинскую жизнь, а мужики-мужья не защитили, обязаны повиноваться догмам, которые эти же мужики установили? Или все-таки нет? Что первичней – долг или жажда жизни? Зов плоти? Почему он воспринимается нами как протест или предательство, а не как сакральное право личности? Почему любовь – даже такая ее горькая форма – у нас наказуема? И тэ дэ.
Работа Антонова как настоящее произведение искусства провоцирует нас на эти и многие другие темы. Неудобные. Острые. Больные. Для некоторых – непривычные и неприличные. Даже оскорбительные.
Нужны смелость и отвага, чтобы на это решиться. На нелицеприятный разговор «о времени и о себе» Заметим, что еще совсем недавно такая преступная вольность была немыслима на советском экране. Хотя каких больных ран смели касаться Лариса Шепитько, Василий Шукшин, Алексей Герман… В новом веке появились новые храбрецы. Но – без нимба и охранной грамоты гения.

Сценарист против режиссера
Официальная премьера картины «Полумгла» назначена на 23 февраля – День защитника Отечества. Но она может не состояться: сценарист картины Игорь Болгарин («Адъютант его превосходительства» и др.) категорически не согласен с режиссерской трактовкой образов защитников Отечества и трагическим финалом.
Сначала он опубликовал открытое письмо, где назвал «Полумглу» «антироссийской картиной, в которой наши сограждане, выдержавшие все тяготы войны, выглядят жестокими ублюдками».
Самое странное – еще не видя фильма. Заочно невзлюбив картину, он протестует против искажения своего (с соавтором Виктором Смирновым) замысла.
Ведь первоначальный вариант сценария «И снегом землю замело» завершался сценой мирного расставания русских и немцев. Режиссер и продюсеры Игорь Каленов (NICOLA FILM) и Александр Роднянский (СТС) пошли в самоволку – решились на другую, более жесткую версию. Напомним, пленных в финале расстреливают без суда и следствия.
Насколько они правомочны – в этом попыталась разобраться Гильдия кинокритиков Союза кинематографистов, собравшая после показа специальное заседание, посвященное этой конфликтной ситуации.

Как на худсовете
Масла в огонь подлило и намерение сценариста «пожаловаться» на непослушного режиссера и продюсера не только в ФАКК, но и в… Министерство обороны. Поэтому обсуждение, которое зачастую перехлестывало корректные границы, напоминало достопамятные советские худсоветы. Только наоборот – большинство критиков и кинематографистов приняло сторону Антонова и Каленова. По результату. По принципу «победителей не судят».
Но не Болгарин. Он обвинял Каленова в нечистоплотности, в том, что тот мухлевал с договорами. Сценарист подписывал то, что ему подсовывали, не подозревая дурного.
– Я еще из того кинематографа, когда люди работали честно, – горестно заявил Болгарин. – Если мне говорили «да», то я верил. Тем более если есть договор… И теперь Каленов говорит, что имел право. Мне все время врали….
На это Каленов парировал так:
– Наша студия в моем лице приобрела данный сценарий для постановки по обычному типовому договору. По нему мы имеем право на переработку сценария. Этот договор – официальный документ. Если он не устраивает – можно судиться. Но все продюсеры используют единую форму договора, приобретая все права на сценарий с переработкой. Ведь работа не может остановиться, если, к примеру, героиня не сможет произнести правильно имя героя. Надо тогда переделать. Это не значит, что сценарий становится нашим. Он может быть опубликован. Но мы никогда не отрицали, что сделали другой финал. Там нет никакого политического подтекста. Это рок – машина войны приехала в деревню. Образное решение. Фильм о том, какая чудовищная вещь – война…
Каленов подчеркнул, что не вмешивается в творческий процесс:
– Это в американском кино главный человек – продюсер. У нас – режиссер. Я работал с Астраханом и Муратовой и никогда не мешал художнику. Но скажу, что победителей не судят…

Гражданская оборона
Тут и Игорь Масленников заступился за своего студента:
– Мой студент Артем Антонов снял очень хорошую дипломную работу «Столичный скорый». Я предложил ему на выбор несколько сценариев для полнометражного дебюта. И он выбрал этот. И мне эта идея понравилась. Мы долго ее обсуждали. Пришли к выводу, что надо приглашать немцев на съемки. Он даже ездил вместе с Каленовым в Германию на отбор актеров. Потом все обсуждали… Шла нормальная работа. И сегодня мы видим ее замечательный результат. Картина меня убеждает. Со сценаристами – расхождение только в финале. И мне странно, что они посмотрели картину только сегодня. Ведь заочно нельзя оценивать художественное произведение. Могу напомнить благостный финал сценария. Приезжают начальники стройки, которая не нужна, и перевозят немцев в следующую деревню, чтобы они там продолжили свою гуманистическую миссию. Я человек немолодой. И хотя не успел на войну, но очень хорошо помню то время. И знаю, что в безвыходном положении, когда не знали, что делать с пленными, – их расстреливали. И мы, и немцы. Причем не надо ссылаться на жестокость того периода войны – достаточно почитать в «Новом мире» Богомолова о том, как на самом деле вели себя наши в Германии в 45-м. Там страшная правда. Поэтому благостный конец в этой картине противоестественен. И мой студент самостоятельно додумался до трагического финала. И я согласился. Потому что это трагедия. А мы все годы были отлучены от этого жанра.
– У меня было много разговоров с Болгарином, – сказал Масленников, – который спрашивал, почему я это допускаю. Я честно сказал: давай посмотрим, что получится. И когда я посмотрел фильм, сказал, что подписываюсь. А он посмотрел только сегодня. Тем не менее устроил полную вакханалию в прессе, поднял на ноги Министерство обороны, которое теперь будет цензурировать картину. Разве это поведение русского интеллигента?

Всем стало неловко.

Высветить замысел!
А затем присутствующие заспорили: могли ли наши расстрелять фашистов без суда и следствия? Мнения разделились.
Один ветеран-кинематографист компетентно утверждал:
– Этого не могло быть! Спьяну – да! Но с трезвяка, без суда – никогда!
Другой возражал:
– До 42-го года мы расстреливали. Потом Сталин сказал, что гитлеры приходят и уходят, а немецкий народ остается. И стали брать в плен.
Тем временем прямо в булгаковских традициях гуманист Болгарин, выскочивший покурить, кричал из дверей:
– Зачем так обошлись с женщинами? Зачем убили хороших людей, которых мы полюбили?
У критиков закружилась голова. Пепел вермахта явно застучал в их озабоченные сердца, а по залу смутными тенями заметались невинно убиенные фашисты. Но сеанса реинкарнации не произошло. Слово взял режиссер Артём Антонов.
– Я не понимаю, почему все так произошло, – спокойно сказал убивец арийцев. – Мы ведь встретились с Виктором Смирновым и Игорем Болгарином прошлым летом. И тогда я высказал свои соображения. Мы пришли к выводу, что главной линией фильма являются взаимоотношения военнопленных немцев и русских женщин. Мы сделали акцент на этом. После наших обсуждений сценаристы взялись написать вариант сценария с учетом корректив. Я предлагал более тесную работу. Предлагал встречаться каждый день или раз в неделю. Но получил ответ: лучше мы вам покажем вариант через полтора месяца. Через полтора месяца я увидел вариант, но нужно было продолжать. А у сценаристов случился заказ на сериал, и мы продолжить не смогли. Виктор Смирнов дал нам с редактором устное согласие на коррективы. Я знал, что еще раньше Игорь Каленов подписал договор. Да, мне бы хотелось большего сотрудничества. Но если складывается ситуация, что авторы очень заняты, – мы продолжили сами… Почему изменили финал? Сама история очень хорошо написана. Но, на мой взгляд, она была сделана в традиции 50-х годов прошлого столетия. Слишком мягка. Нужно было обострить конфликт, чтобы донести до современного зрителя замысел.

Поменяют ли финал?
После его речи критики предложили сценаристам и режиссеру с продюсером помириться. Мирись-мирись и больше не дерись. Но эта идея ни у одной из сторон не вызвала энтузиазма. Похоже, там не вражда, а аллергия. А это уже не лечится.
Напоследок я спросила Болгарина, почему он не потребовал убрать свою фамилию из титров, что было бы логично в такой щекотливой ситуации. Тот ответил:
– Пока мы не сняли имя из титров – мы можем как-то бороться за наш сценарий, который купил ФАКК…
Я решила пофантазировать:
– А можно потребовать переснять финал?
– Это может решить только ФАКК, – ответил сценарист. – И то если будут деньги.
– А стоит?
– У меня был финал драматичнее в десять раз, – раскипятился сценарист. – Приезжает майор. Приказывает немцев расстрелять… Лейтенант говорит – тогда и меня. Тот: черт с тобой. И все они – немцы и лейтенант – уходят в пургу. 600 километров до другой деревни. Правда, сильнее?

 

SpyLOG

АРТЁМ АНТОНОВЦАРСТВО БЫЛОГО ВЕЛИЧИЯГОЛУБКИМЕЧТАФЕНЕЧКИСТОЛИЧНЫЙ СКОРЫЙПОЛУМГЛАСУДЕБНАЯ КОЛОНКАПОПЫТКА ВЕРЫ

ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS